КОНКУРС
на лучшую статью
(тезисы, размышления) по проблемам государственной национальной политики в Российской Федерации

Текущий номер

Макарова Г.И. Этнокультурные политики Федерального Центра и регионов России (на примере Республики Татарстан) стратегии формирования идентичностей

Этнокультурные политики
Федерального Центра и регионов России
(на примере Республики Татарстан):
стратегии формирования идентичностей

 

 

Макарова Г.И.,
кандидат философских наук, доцент,

старший научный сотрудник отдела этнологии
Института истории Академии наук Республики Татарстан

 

 

 

Конструктивистская деятельность государства и связанных с ним институтов по производству национальной идентичности, культивированию, трансформации либо ассимиляции этнокультурных различий сегодня, благодаря трудам Б. Андерсона, Э. Геллнера, Э. Хобсбаума, Р. Брубейкера, К. Вердери, В.Тишкова и ряда других исследователей, не вызывает сомнений. Вместе с тем очевидно и то, что в проводимых центральными и местными властями стран политиках получают отражение, учитываются уже сформировавшиеся и актуализированные на тот момент в социуме этнические, региональные и прочие сообщества.

Цель статьи – выявить, на становление и поддержание каких идентичностей были направлены (явно или латентно, осознанно или неосознанно) этнокультурные политики Федерального Центра и регионов России (на примере Республики Татарстан) в 1990-2000-е гг., чем это обусловлено и каким образом осуществлялось, каково в этом плане соотношение данных политик друг с другом.

Работа основывается на анализе: официальных документов – принятых в Российской Федерации и в Республике Татарстан в указанный период и связанных с культурой, языками и этнокультурным развитием законов, государственных программ, концепций 1 ; статистических данных по образованию и культуре в Татарстане, в которых отражаются стратегии формирования идентичностей; текстов экспертных интервью 2 , содержащих оценки этнокультурных политик РФ и РТ. Ее практическая значимость заключается в том, что изучение этнокультурных политик как фактора идентификации позволяет предвидеть тенденции дальнейшего развития социокультурных процессов в России.

Как известно, рубеж 1980-1990-х гг. стал в нашей стране периодом актуализации этничности. На волне демократизации в республиках возникли и начали набирать силу национальные движения, главным образом титульных этносов. В Татарстане такого рода объединения ставили целью воссоздание «культурно-цивилизационной самобытности татарского народа через его национально-государственное самоопределение, этническую консолидацию и социокультурную реабилитацию» 3 .

Политические элиты республики, поддержав лозунги национально-культурного возрождения татар и получив тем самым поддержку их этноориентированной части, «перехватили инициативу» у активистов общественных организаций. В условиях подъема национального движения и ослабленности федеральных властей 4 руководству Татарстана удалось отстоять относительную автономность региона от Центра, в том числе и в вопросах этнокультурной политики. При этом в принятой 30 августа 1990г. «Декларации о государственном суверенитете Татарской ССР» закреплялось противоречивое по сути положение о «реализации неотъемлемого права татарской нации, всего народа республики на самоопределение» 5 . Однако уже в Конституции РТ (от 30.11.1992, N 1665) зафиксировано, что Татарстан «выражает волю и интересы многонационального народа республики» (Ст.1).

Тем самым, власти региона постепенно начинают занимать центристские позиции, провозглашая в своих программных документах и вновь создаваемых законах равенство прав всего населения республики. Однако обозначенная двойственность сохраняется, в том числе и в этнокультурной политике Татарстана, на протяжении 1990-х гг. К примеру, во всех принимавшихся в этот период законах и программах РТ, касавшихся языков и культур, подчеркивалась полиэтничность, поликультурность региона. В то же время в ряде из них делался акцент на поддержке языка и культуры титульного этноса республики (со ссылкой руководства на то, что именно они были длительное время лишены возможности полноценного развития). Например, в Законе Республики Татарстан «О культуре» (от 3.07.1998, №1705) отмечалось, что одной из главных задач культурной политики является «содействие развитию татарской национальной культуры, культуры многонационального народа Республики Татарстан» (Гл.1, Ст.2).

Закон «О языках народов Республики Татарстан» (от 8.07. 1992, №-1560) был по сути направлен на придание татарскому языку – как языку титульного и наиболее многочисленного этноса республики – наряду с русским, статуса государственного, а тем самым – на повышение его престижа в обществе, создание реальных условий для расширения его социальных функций, ареала социального функционирования. Законом провозглашалась социальная, экономическая и правовая защита обоих государственных языков РТ, прописывались возможности их равноправного использования в различных сферах жизнедеятельности, закреплялось положение об изучении татарского и русского языков в дошкольных учреждениях, образовательных школах и средних специальных учебных заведениях в равных объемах (п.2. Ст. 10). В Законе содержался и ряд специальных положений, касавшихся поддержки татарского языка как языка татарской диаспоры (п. 3. Ст. 7), обеспечения перевода на татарский язык разного рода литературы и фильмов, а также перевода «известных татарских произведений на русский язык (п.1 и 2, Ст. 23) и т.д. Причем с целью последовательной реализации языковой политики была принята «Государственная программа по сохранению, изучению и развитию языков народов Республики Татарстан» (от 20.07. 1994).

Важным документом, проявляющим стратегию республики данного периода в плане формирование идентичностей, явился Закон РТ «Об образовании» (от 19.10.1993, № 1982). В нем, в качестве одного из основных принципов политики Татарстана в соответствующей области, утверждалась свобода «выбора языка обучения» (п.8. Ст.4). Статья же пятая была посвящена татарскому национальному просвещению. Здесь прописывалось, что деятельность национально-образовательных учреждений «направлена на возрождение национального самосознания личности, исходя из приоритета общечеловеческих ценностей» (Ст.5). В свою очередь, статьей седьмой Закона закреплялось, что: «В Республике Татарстан устанавливаются государственные образовательные стандарты, определяющие в числе прочих базовые требования к каждой ступени обучения и воспитания в общеобразовательных учреждениях…». В соответствии с этим, а также с Законом РФ «Об образовании» (от 13.01.1996, №12-ФЗ, Ст.28), в республике был разработан региональный компонент в системе школьного образования. В частности, с 1993г. во всех школах РТ стал изучаться курс «История татарского народа и Татарстана».

Здесь же стоит упомянуть и Закон РТ «О восстановлении татарского алфавита на основе латинской графики» (от 15 сентября 1999 г.), принятый в результате дискуссий татарской гуманитарной интеллигенции по проблеме замены кириллицы латинским либо арабским алфавитом. По замечанию Л.В.Сагитовой, не последнюю роль в устремлениях национальных элит при этом играл «фактор становления новой идентичности, включающей в себя попытку утвердить свое отличие от русской культуры» 6 .

Наконец, в 1998г. в регионе была утверждена «Республиканская программа развития культуры в Республике Татарстан на 1998-2001 гг.» (от 30.09.1998, №586). Среди ее целей – «содействие развитию культур народов Татарстана». Одна из уточняющих цель задач звучала как «Сохранение и развитие татарской традиционной культуры и культур народов Татарстана (род.п. – Г.М.) …». Тем самым в названный период не исключался некоторый приоритет культуре титульного этноса, что, отчасти, подтверждалось и системой конкретных, запланированных в Программе мероприятий.

Реализация охарактеризованных направлений этнокультурной политики РТ нашла свое отражение в статистических данных по развитию в республике языков и культур. Так, с целью «проведения в жизнь» языковой политики Татарстана на протяжении 1990-х гг. здесь были открыты либо перепрофилированы более 170 школ и гимназий, обучение в которых стали вести на татарском языке. До конца 1980-х гг. татарский язык не преподавался в русскоязычных школах. После принятия Закона РТ «О языках» во всех школах республики введено обязательное изучение татарского языка и литературы. В творческих вузах и училищах региона открылись кафедры, отделения татарского искусства, стало уделяться большее внимание изучению татарского фольклора, творчества татарских художников и т.д.

Таким образом, этнокультурную политику республики 1990-х гг. можно охарактеризовать как политику декларируемого равенства языков и культур всех народов Татарстана, в первую очередь, наиболее многочисленных в республике – татар и русских. Тем не менее на практике эта политика нередко оказывалась направленной на возрождение и приоритетное развитие языка и культуры титульной идентичности, что стимулировало рост позитивной оценки ее представителями собственной этнической группы, их самоуважения.

Образ действий Федерального Центра в начале 1990-х гг., когда «сохранялась угроза сецессии, унаследованная от СССР» 7 , характеризуется исследователями как политика «учета резкого усиления активности национальных и региональных элит» 8 , «уступок и консенсусных мер, обеспечивающих сохранение целостности страны» 9 . В этих условиях речь не могла идти о стратегии целенаправленного и последовательного формирования тех или иных идентичностей. Однако на деле – под влиянием названных обстоятельств – данная политика оказалась сосредоточенной на поддержке языков и культур народов России, в конечном счете, способствуя воспроизведению и развитию ее этнокультурного многообразия.

Данный вывод подтверждается в процессе анализа официальных документов, главное значение среди которых имеют: Конституция Российской Федерации (от 12.12.1993) – в которой единственным носителем суверенитета России был признан многонациональный народ; Федеральный Закон «О национально-культурной автономии» (от 17.06.1996, №74-ФЗ) – сделавший легитимным возникновение внетерриториальных этнокультурных объединений граждан; Концепция государственной национальной политики Российской Федерации (от 15.06.1996, №901) – провозгласившая, наряду с упрочением «общероссийской гражданской и духовно-нравственной общности», обеспечение «условий для полноправного социального и национально-культурного развития всех народов России» (Р.111), по сути закрепившая за государством ответственность за «выживание» этносов, этнических меньшинств и их культур (Р. 111, V 1). Отдельные принципы признания языкового, этнического, культурного, конфессионального многообразия страны закреплены также Законами РФ: «О языках народов Российской Федерации» (от 25.10.1991, № 1807-I.- см. введение, Ст. 9, 13, 14, 15 и др.), “Об образовании” (13.01.1996, №12-ФЗ.- см. Ст. 6, 28, 29), «О свободе совести и религиозных объединениях» (от 26.09.1997, № 125-ФЗ.- см. Ст. 3, 4 и др.), «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации» (от 30.04. 1999. N 82-ФЗ – Ст.10 и др.) и некоторыми другими.

В то же время уже во второй половине 1990-х гг. в Российской Федерации начинает артикулироваться идеологема гражданского согласия, подчеркиваться «единство федерального культурного и образовательного пространства» страны (Закон РФ «Об образовании», Ст.2) и т.д. В этом плане симптоматично принятие закона «О государственной политике РФ в отношении соотечественников за рубежом» (от 24.05.1999, №99-ФЗ). Демонстрируя заботу государства о правах своих граждан и соотечественников (в том числе и в сфере культуры), проживающих за пределами страны, он был важен и с точки зрения консолидации самих россиян.

Названные тенденции становятся очевидными в 2000-е гг., когда, в условиях снижения активности этнополитических движений и относительной стабилизации социально-экономического развития России, происходит усиление позиций Федерального Центра в отношениях с регионами. Начавшееся выстраивание правовой вертикали, преодоление многообразия «реальных правовых режимов», в том числе и в этнокультурной сфере, должно было способствовать политико-правовому и социокультурному сплочению страны. Период этот ознаменован также выдвижением ведущими политическими силами России и научными элитами идеи интеграции многообразного в этнокультурном плане населения и формирования на этой основе единой российской гражданской нации. На ее реализацию направляются законы и законодательные акты РФ. В частности, обращает на себя внимание факт законодательного закрепления в начале 2000-х гг. национальных символов России – принимаются законы «О государственном флаге РФ» (от 25.12.2000, №1 – ФКЗ), «О государственном гербе РФ» (от 25.12. 2000, №2 – ФКЗ) и «О гимне РФ» (от 25.12.2000, №3 – ФКЗ).

Знаковым становится и появление нового Федерального закона «О государственном языке Российской Федерации» (от 1.06.2005, N 53-ФЗ), которым утверждается статус русского языка как государственного языка России, закрепляется право граждан РФ на пользование государственным языком. Стремлением сохранить и упрочить единое культурно-символическое пространство страны, обусловлено и принятие тремя годами ранее Федерального закона «О внесении дополнения в статью 3 закона РФ «О языках народов РФ» (от 11.12. 2002, №165-ФЗ), делающего обязательным базирование письменности языков народов Российской Федерации на кириллице. Наконец, названные тенденции коснулись и сферы образования. – 1 декабря 2007 г. принимается Федеральный закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части изменения понятия и структуры государственного образовательного стандарта» (№309-ФЗ). Закон закрепляет новое понимание государственного стандарта, который отныне не делится на федеральный и региональный компоненты, а является единым федеральным государственным стандартом.

Следует отметить, что этнокультурное многообразие страны начинает в этот период формулироваться не как самоцель, а как способ «интеграции граждан любой этнической принадлежности в общероссийское социально-экономическое и культурное пространство…» 10 . Движение государственной политики РФ в этом направлении становится очевидным при сравнении федеральных программ развития культуры, принимавшихся в России в конце 1990-х – 2000-е гг.: «Развитие и сохранение культуры и искусства Российской Федерации (1997-1999 годы)» (от 19.06.1996, № 715), «Культура России (2001-2005 годы)» (14.12.2000,№ 955), «Культура России (2006-2010 годы)» (от 08.12.2005 № 740). От программы к программе, в системе принципов, задач культурной политики государства, конкретных мероприятий все большее место отводится тем, что направлены на консолидацию, интеграцию российского общества. Формулировки же принципов поддержки многообразия постепенно сглаживаются, речь все чаще идет не о спонсировании государством развития языков и культур различных этносов, системы национального образования, а о способствовании их взаимному контакту, диалогу и обмену.

Показателен в этом плане и проект новой Концепции государственной национальной политики России 11 . В нем всячески подчеркивается важность сохранения государственной целостности страны, «укрепления единства российской нации». В этих в целях предполагается «воспитание патриотизма и формирование общероссийской гражданской идентичности» (111. Основные цели и задачи государственной национальной политики), «укрепление позитивного международного имиджа Российской Федерации…» (там же), «признание необходимости знания всеми гражданами Российской Федерации русского языка как государственного языка Российской Федерации» (11. Принципы государственной национальной политики) и т.д.

В «национальных» регионах России названные тенденции вызвали ряд встречных мер, направленных на реализацию требований и поддержание инициатив Центра. В частности, в этот период были внесены изменения и дополнения в ряд законов Республики Татарстан, приняты новые законы и новые редакции законов, в которых более четко, нежели в предыдущий период, прописывалось соотношение законодательств РФ и РТ о языке и культуре, уточнялся ряд моментов, касающихся взаимодействия центральных и региональных властей и органов управления в указанной сфере. Так в новом Законе РТ «О государственных языках Республики Татарстан и других языках в Республике Татарстан» (28.07.2004, № 44-ЗРТ), по сравнению с прежним, вводится уточнение (гл.111, C т.15), касающееся языка ведения официальной переписки с адресатами РФ и ее субъектами, каким является русский язык.

В начале 2000-х гг. ведется и определенная корректировка этнокультурной политики Татарстана по отношению к русскому языку и русской культуре: проходит знаменательная встреча Президента республики М.Ш.Шаймиева с руководителями русских национально-культурных обществ и центров РТ (2002г.), предпринимается ряд мер по возрождению русских фольклорных праздников, принимается Республиканская целевая программа «Русский язык в Татарстане» на 2001-2005гг. (от 22.02. 2001), открываются школы с русским этнокультурным компонентом. Наконец, в Программе «Развитие культуры в Республике Татарстан на 2004-2007гг.» (от 15.08.2003, № 426) прописывается целый ряд мероприятий по восстановлению и сохранению в Татарстане связанных с православием и русской культурой памятников, музеев, усадеб.

Отмеченное не означает, однако, что татарский язык и культура «выпадают» в эти годы из поля зрения республиканских властей. Они по-прежнему в центре их внимания. Об этом свидетельствует, в первую очередь, принятие в 2004г. нового Закона РТ о языках и «Государственной программы Республики Татарстан по сохранению, изучению и развитию государственных языков Республики Татарстан и других языков в Республике Татарстан на 2004-2013гг.» (от 11.10.2004, №52-ЗРТ). В этой программе ставятся новые задачи по созданию условий для сохранения и развития государственных языков РТ. В Татарстане в этот период продолжают функционировать татарские национальные школы и гимназии. В 2007г. принимается «Целевая комплексная программа сохранения культурного наследия «Мирас – наследие» на 2007-2009 гг.» (от 2.07.2007, №265). И хотя цель Программы сформулирована безотносительно к культуре того или иного конкретного этноса, в описании проблемы, в задачах Программы, в ожидаемых конечных результатах определенный акцент делается на объектах, связанных с историей и культурой татарского народа.

Иными словами, местные политические и национальные элиты продолжают в этот период, хотя и с меньшей интенсивностью, но не безуспешно, проводить проекты «этнокультурного возрождения и развития» титульных народов, реализующиеся посредством региональных программ поддержки их языков и этнокультур, охватывающих деятельность организаций образования, культуры, науки, СМИ. Причем сегодня, в условиях актуализированной идентичности титульного этноса, резкий отказ от такого рода политики мог бы вызвать непонимание в кругах национальной интеллигенции Татарстана, а также этнориентированной части татар.

И все же политика региональных властей постепенно меняется. В республике декларируется и получает подтверждение в системе конкретных мер паритетность развития татарской и русской культур. Всячески подчеркивается и равноправное положение в регионе мусульманства и православия (при признании других, исповедуемых населением религий). Наконец, Концепцией государственной национальной политики Республики Татарстан (от 3.07. 2008, № УП-312) официально оформляется линия на поддержание этнокультурного многообразия региона, фактически возводящая мультикультурализм (в его институциональном варианте) в ранг официальной политики Татарстана. Причем всячески манифестируется, что специфика данного региона, его преимущество и богатство как раз и заключается в традициях длительного взаимодействия и мирного сосуществования различных народов и их культур.

Что же касается проводимых в России стратегий интеграции, то их важность в последние годы признается политическими и национальными лидерами республики. В то же время региональные эксперты в области культуры и этнокультурного развития в ходе проводившихся с ними интервью озвучивали имеющее место в названной среде несогласие с выдвижением отдельными российскими политиками и учеными русской культуры в качестве основы для формирования единой российской гражданской идентичности: «Попытки выстраивать все на основе русской культуры, я думаю, обречены на неуспех, потому что есть достаточно сильные иные этнокультурные традиции и их просто так сломить невозможно» (Интервью № 27, представитель НКО). Отдельные же информанты с сожалением отмечали претензии Русской православной церкви на особую роль в современном российском государстве и указывали на необходимость создания Совета религиозных организаций федерального уровня с предложением участвовать в его работе не только руководителям РПЦ, но и представителям других религиозных общин. Кроме того, отмечалась важность замены вновь вводимого в российских школах урока православия факультативом «История религии» или «Религиоведение», целью которого должно стать ознакомление не только с основами православия, но и других, распространенных на территории РФ религий.

Таким образом, динамику этнокультурных политик Федерального Центра и регионов России, в плане их направленности на формирование идентичностей можно в самом общем виде представить следующим образом. 1990-е годы были периодом актуализации этнокультурного самосознания народов, сохранения и развития языков и культур различных, в первую очередь титульных этносов – на уровне регионов и поиска консенсусных мер, путей достижения межэтнического согласия – на уровне РФ. В 2000-е годы Центр начинает проводить стратегию и реализует конкретные проекты формирования единой общероссийской идентичности. Национальные же регионы, принимая «новые условия игры» и процессы интеграции, пытаются сохранить достижения предыдущего периода в плане развития национальных языков, культур, национального образования, подчеркивают важность дальнейшего проведения в России политики признания и поддержки этнокультурного многообразия.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 На первом этапе для анализа были отобраны все законы, законодательные акты, программы и концепции, связанные с развитием культуры, с одной стороны, и касающиеся национальной и этнической политики, межэтнических отношений в РФ и РТ, с другой. На втором этапе среди этих документов выбраны те, что концентрируются собственно на проблемах этноязыков и этнокультур. Далее был проведен дискурсивный анализ отобранных документов с точки зрения их направленности на формирование/укрепление тех или иных идентичностей.

2 27 качественных полуформализованных интервью были проведены автором (отчасти совместно с Е.Ходжаевой) в 2004-2005 гг. с государственными служащими РТ (представителями Министерства культуры, Министерства образования, других ведомств РТ), представителями национально-культурных обществ Татарстана, руководителями известных культурных организаций РТ и отдельными деятелями культуры, с журналистами, освещающими тему межнациональных отношений и культурной политики.

3 Габидуллин Р. Этнополитическая концепция государственного возрождения Татарстана в программных положениях татарского национального движения. Панорама-форум. 1997, №12.// http://www.kcn.ru/tat_ru/politics/pan/index.php?tb..., Дата создания документа: Дата индексирования: 01.09.2008. 44 Kb – С.1.

4 См.: Фарукшин М.Х. Политическая элита в Татарстане: вызовы времени и трудности адаптации // Полис, 1994, , №6. С. 67-79.

5 Белая книга Татарстана. Путь к суверенитету. 1990-1993 гг. Казань, 1993. С.4.

6 Сагитова Л.В. Этничность в современном Татарстане. Казань: Изд-во «Татаполиграф». 1998. С. 114.

7 Дробижева Л.М. Социальные проблемы межнациональных отношений в постсоветской России. М.: Центр общечеловеческих ценностей, 2003. С. 33.

8 Зорин Ю.В. От национальной политики к этнокультурной // Журнал социологии и социальной антропологии. 2003. №3. С.126.

9 Дробижева Л.М. Указ. Соч. С.34.

10 Тишков В. Как обновить концепцию национальной политики? // Бюллетень Сети этнологического мониторинга и раннего предупреждения конфликтов, №48, 2003// http :// www / iea . ras . ru / topic / law / publ / tishkov 2003. html .

11 Проект. Концепция государственной национальной политики Российской Федерации // http://www.balakovo.ru/full_news.php?num_news=7740. Дата индексирования: 29.11.2008 .

Издательство осуществляет публикацию основных научных результатов на соискание ученых степеней доктора и кандидата наук.
Журнал «Этносоциум» внесён в перечень ведущих научных журналов и изданий ВАК (Высшая Аттестационная Комиссия). Журнал зарегистрирован в Министерстве Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций. Свидетельство о регистрации СМИ № 1047796682064